Где сейчас жена рохлина?

Где сейчас Тамара Рохлина и она ли была виновата в убийстве генерала: новости 2019 года

Имя: Тамара Рохлина Дата рождения: 07.01.1949 Возраст: 71 год Место рождения: Россия Деятельность: пенсионерка Семейное положение: вдова

На дворе 2019 год, и после нашумевшего скандала с участием Тамары Рохлиной, многие задаются вопросом – где она сейчас? История этой семьи настолько трагическая, что и по сей день волнует общественность.

3 июля 1998 года на 51 году жизни, на даче в подмосковном посёлке Клоково, был застрелен знаменитый общественно-политический деятель, депутат Государственной думы генерал – Лев Яковлевич Рохлин. Пуля была выпущена из пистолета, который хранился в их доме, и попала точно в правый висок. По официальным данным в спящего супруга стреляла его жена Тамара Павловна Рохлина.

Как жилось генеральской жене

По мнению некоторых, отношения в семье всегда были непростыми. Тяжёлая жизнь генеральской жены, постоянные переезды и напряжённая работа мужа – всё это не лучшим образом отражалось на их быте. Кроме того, к постоянным заботам Тамары Павловны присоединялась тяжёлая болезнь сына Игоря, за которым требовался тщательный уход.

Тамара Рохлина

Супруги прожили в браке без малого 30 лет, и всё это время Тамара неотступно следовала за мужем: воспитывала двоих детей, вела хозяйство и поддерживала супруга во всех его начинаниях. Возможно, их брак продлился бы и до сих пор, если бы не трагические обстоятельства.

Интересно: Телеведущая Ольга Белова: где сейчас, биография

Нескончаемая череда судебных слушаний

Как только на место приехали следователи, вдова сообщила им, что убийство совершила она сама. Однако уже вскоре женщина отказалась от показаний и до сих пор не признаёт своей вины. Она сообщила, что пошла на эту клевету в свой адрес из страха за детей, которых в противном случае обещали убить, так же как и её мужа. Это не повлияло на решение Наро-Фоминского суда, который 16 ноября 2000 года вынес приговор на 8 лет.

Молодая Тамара с мужем Львом

Но уже 21 декабря Московский областной суд сократил срок до 4-х лет. А летом 2001-го верховный суд РФ и вовсе отменил предыдущее постановление. Поэтому 7 июня 2001-го Тамару, отбывающую наказание в Можайской женской колонии, отпустили под подписку о невыезде, и дело отправили обратно на новое рассмотрение.

Интересно: Что случилось с Еленой Ваенгой: последние новости о здоровье

В декабре 2001 года начался ещё один процесс, который неоднократно прерывался, так что слушание растянулось на долгие годы. Не выдержав такого отношения, Тамара Павловна подала прошение в Страсбургский Европейский суд по правам человека с жалобой о превышении срока предварительного заключения и чрезмерно затянутом разбирательстве.

Вдова Рохлина с адвокатом

7 апреля 2005-го ЕСПЧ удовлетворил иск и обязал Россию выплатить подсудимой компенсацию за моральный ущерб в размере 8000 евро.

Почти тут же 29 ноября 2005 года Тамаре Павловне вынесли второй окончательный приговор: 4 года условно с испытательным сроком 2 года 6 месяцев. Поданная вскоре после этого кассационная жалоба в Мособлсуд была ею отозвана.

Тамара на могиле мужа вскоре после убийства

Как она всё это пережила

Процесс по делу этой пары растянулся почти на 8 лет. И всё это время Тамара Рохлина то начинала отбывать своё наказание, то снова дожидалась его, находясь под стражей. Теперь уже с уверенностью можно сказать, что она практически отбыла своё наказание, назначенное ей на первом слушании Жилиной Людмилой Васильевной.

Интересно: Как выглядела Дарина Эрвин – жена Цекало до пластики: фото

Когда Тамара Павловна полностью оказалась свободной от изматывающих тяжб, на нее легла непростая забота о тяжелобольном сыне и о себе. Потому как здоровье её было расшатано и с физической и с психологической точки зрения. Кроме всего прочего, появилось много долгов, связанных с разбирательствами и необходимостью обеспечить себе и сыну нормальную жизнь.

Как известно, Тамара Павловна нигде не работала, была домохозяйкой и занималась воспитанием детей и домашними делами. Единственным финансовым источником был её муж, в убийстве которого её обвиняли на протяжении почти 8 лет. Лишь в юном возрасте она работала медсестрой в госпитале, где и познакомилась со Львом Рохлиным.

Рохлина с друзьями после освобождения

Она продала квартиру в доме номер 20 на Рублёвском шоссе, по некоторым данным, чтобы расплатиться с долгами. И переехала с сыном Игорем в жильё попроще, на станции метро Молодёжная. Об этом обмолвилась в одном из интервью дочь Тамары Павловны – Елена.

После освобождения Тамары были сведения, что женщина стала много пить

Уже 2019 год, где же она сейчас – Тамара Рохлина? Живёт в новой квартире, ухаживает за больным сыном. На сегодня ей 70 лет, на публике не появляется, страницы в соцсетях не ведёт – о её судьбе теперь мало что известно. Подробности её жизни знают только близкие пенсионерки. Последние достоверные сведения датированы 2006 годом, когда она отозвала свою последнюю судебную жалобу. В своей непростой жизни Тамара Павловна уже достаточно появлялась на людях.

А как считаете вы, виновна ли Тамара Павловна Рохлина в убийстве своего мужа или это мог сделать кто-то другой?

Материал подготовлен редакцией сайта showbiz-life.ru

Последнюю для генерала Рохлина ночь его жене предстояло провести без сна. Она знала об этом еще днем. За прошедшие годы уже привыкла к тому, что если сын Игорь днем побуйствовал — жди бессонницу.

«Людей следует или ласкать, или истреблять»
Никколо Макиавелли

ЗАСТОЛЬЕ НАКАНУНЕ УБИЙСТВА

В то утро она разбудила Игоря ровно в девять, чтобы поздравить с четырнадцатилетием. Подарок был от обоих, от нее и от генерала — очаровательный пушистый котенок. Но интерес к живой игрушке, поначалу вызвавшей восторг, очень скоро угас. Игорь начал капризничать, а потом в нем забурлила уже настоящая злоба. Как всегда, без всякой причины, просто так. Если бы даже кто-то еще был дома (генерал уехал рано, когда она еще спала), это бы ее не спасло: как правило, объектом нападок становилась она. Однажды сын ударил ее чернильницей в висок. У нее было сотрясение мозга.

В тот день Игорь схватил нож, тонким, ломающимся голоском угрожая «порезать» ее. Тамара Павловна, как могла, успокаивала сына.

Приступ стих к трем часам пополудни. И она смогла заняться наконец приготовлениями к ужину.

За столом собрались после одиннадцати. Столь позднее время сбора вызвало позже массу вопросов у следователей Генпрокуратуры.

— Заколебали они нас, — не сдержалась дочь Рохлиных Елена. — Почему да почему так поздно? «Совы» мы все, поздно ложимся — вот почему! И не отца ждали, как о том пишут, а нас с мужем. Когда мы приехали, отец был уже.

Первый тост Рохлин провозгласил за Тамару Павловну, а она выпила за Игоря.

14-летний Игорь — это и крест ее и любовь.

«МНЕ СТЫДНО,ЧТО Я ЗДОРОВА»

Елена:
«Брат заболел, когда ему исполнился год. Родился нормальным. Очень хорошо развивался. Но мама вслед за отцом поехала в Туркмению, в Казанджик. Там были жуткие условия. Свирепствовали инфекции. Игорь подцепил менингит. Своевременную квалифицированную помощь в тех местах оказать ему было невозможно».

Болезнь Игоря перевернула всю жизнь Рохлиной. Медсестра по специальности, она более никогда и нигде не работала. Отпускам раз и навсегда был положен конец. Если и ездила за рубеж, то исключительно с Игорьком, показать его очередному светилу медицины. Эти поездки превращались в кошмар: незнакомая обстановка взвинчивала Игоря до предела.

Оксана Балтина, жена адмирала Балтина, ближайшая подруга Рохлиной последних лет:
«Она чувствовала себя виноватой перед Игорем. И хотела свою вину искупить. Игорь не слышал от нее слова «нет». Что угодно, за любые деньги. Во что пальцем ткнул — все беспрекословно приобреталось. Игрушечными пистолетами и пулеметами дом был завален, захотел дорогой нож — купили, завтра понравился другой — пожалуйста. Захотел сын играть на гитаре — она наняла учителя. Потянулся к кисточке — педагога-художника. Потом появился скульптор. Одна комната полностью отошла Игорю под мастерскую. Ковер убрали. Втащили здоровенную, под потолок, деревянную чурку. В доме с утра до ночи стук-перестук, щепки летят, визг, крик. Это Игорек скульптуру режет».

Вся жизнь в доме крутилась вокруг сына. Вот и пятидесятилетний юбилей Льва Яковлевича (в прошлом году) прошел под знаком Игоря. В банкетном зале ресторана «Царская охота» собрались те, кто хорошо знал Рохлиных. Узкий круг своих людей. И слава Богу, так как Игорь капризничал, привлекая к себе внимание. Тамара Павловна то и дело просила гостей: «Вы уж нас извините… Вы уж нас извините…».

Наконец одна гостья предложила: «Товарищи, давайте уже расходиться, а то Игорь совсем разволнуется и Тамаре Павловне с ним невозможно будет управиться». Рохлина стала возражать, но ее хором убедили, что время проведено славно, что Игорь тут совершенно ни при чем, что всем уже пора по домам.

«Мне стыдно, что здорова я, а не мой сын Игорь» — такую надпись, нацарапанную угловатым почерком Тамары Рохлиной, я увидел на обложке синенькой папочки, в которой жена генерала хранила деловые бумаги. Кто знает, может быть, она написала это как раз после того самого банкета?

ОФИЦЕРСКАЯ ЖЕНА

Мир офицерской жены ограничивается гарнизонным забором с колючей проволокой, а день начинается, простите за натурализм, со стирки вонючих портянок. Надо очень любить человека, чтобы следовать за ним по «горячим» и «холодным» точкам, сознавая при этом, что теряешь всякую квалификацию, кроме поварской. А знаете, какими злыми мужчины возвращаются с войны? (У Рохлина было две войны — афганская и чеченская.) Как долго они не могут въехать в мирную жизнь, понять, почему жены с них что-то требуют? В том числе и любви?

…Свою судьбу — Льва Рохлина — она впервые увидела в ташкентском госпитале, работала там медсестрой. А курсанта местного военного училища Рохлина положили в больницу, чтобы удалить гланды.

Не прошло и полгода, как они поженились. У них было много общего. Почти ровесники, оба родились в многодетных бедных семьях. Обоих воспитывали русские матери. У обоих отцы оставили семьи, хотя были разных кровей — у Тамары русский, у Льва еврей.

Рохлин еще учился, когда у них родилась Елена. Чтобы поздравить жену с этим событием, курсант отправился в донорский пункт сдавать кровь. Полученных денег хватило на цветы и коробку конфет.

Из Ташкента, после окончания училища, молодая (уже офицерская!) жена вместе с дочкой отправилась вслед за мужем в Восточную Германию. Престижное место службы было наградой лейтенанту за диплом с отличием. Так началась кочевая жизнь. Впереди Тамару ждали 24 гарнизона. А дочь Елену — «гадкого утенка», постепенно превращающегося в яркую красавицу, — 10 школ.

Елена:
«Первое воспоминание о маме? Мне шесть лет. Москва, военная академия имени Фрунзе. Мама шьет моим куклам платья.

Мы очень долгое время жили бедно. Не было даже средств, чтобы купить какую-нибудь мебель. Обходились солдатскими кроватями, солдатскими шкафами оранжевого цвета. Надо было терпеть — она терпела. Надо было ждать — она ждала. Организовывала в гарнизонах смотры художественной самодеятельности, какие-то праздники. Не только для людей, но и для мужа, чтобы начальство было довольно им, чтобы он был на хорошем счету».

ЗАПИСИ РОХЛИНОЙ
«Любить человека — это видеть человека таким, каким его задумал Бог».
«Не любовь вызывает во мне сердцебиение, а сердцебиение — любовь».

ВСТРЕЧИ В ПРОКУРАТУРЕ

Оксана Балтина:
«Я к ней вперед родственников пробилась, когда ее в прокуратуру привозили на допрос. Спрашиваю: «Будем Рохлина чернить?». Она: «О покойниках ничего плохого». И вдруг: «Я ведь тебе осталась должна». Я в ответ: «Да ты что?! Какие деньги?! Ты о себе лучше подумай».

Елена:
«Когда мы встретились, я сразу ей с порога: «Если ты берешь убийство на себя, чтобы мы не пострадали, — нам такие жертвы не нужны!» — «Не будем об этом, — отвечает. — Ты мне лучше об Игорьке расскажи, как он?»

И по памяти расписала на листе бумаги, какие и когда давать Игорьку лекарства. Длиннющий список».

ЩЕДРАЯ ДУША

Оксана Балтина:
«Наша дружба началась со ссоры. Как только мы въехали в дом, она сказала мне резкость. Ну, думаю, чтобы я с ней о чем-нибудь заговорила!.. А потом увидела Игоря, и мне стало стыдно. Пошла мириться. А она, увидев меня, опередила: «Вы меня извините, пожалуйста, за прошлое. Я не права». С той поры мы не разлей вода.

Редкой души она человек. Как-то ко мне неожиданно нагрянули гости. А дома, как назло, негусто. Вдруг приходит Тамара (у нас квартиры напротив): «Не расстраивайся, у меня найдется кое-что». Через пять минут приносит огромное блюдо плова, да к нему еще яркий, красивый салат. Это зимой-то! «Ну у тебя и соседка», — изумились друзья.

А знаете, как она однажды свой день рождения отметила? Накупила сладостей, подарков — и в детский приют. Хороводы с детворой водила. Она ведь страстная благотворительница. Ей из Волгограда подруги варенья пришлют — она сразу его сиротам. И Игорька игрушки, которые ему наскучили, — тоже им. И компьютер из дома…».

Елена:
«Моей дочери день рождения подобно своему устроила. Накупила тортов, всевозможных напитков — и в детский дом. Когда мы сели дома за стол, торжественно сказала: «Лиза, сегодня вместе с тобой твой день рождения отмечают много малышей. У них трудная жизнь, у них нет родителей. Пусть им сегодня, как и тебе, будет хорошо».

Во время чеченских событий помогала матерям, сыновья которых погибли. Приходила к ним делить горе, поддержать чем сможет. Возвращалась каждый раз в слезах. Потом снова шла».

«ПЕРЕДАЙ РОХЛИНУ»

Подход к политике у нее был сугубо женский. Идеи оппозиции ей нравились, но сами оппозиционеры, мягко говоря, не очень. Зюганова она иронично называет «Грибом». «Лева, будь разборчив. Вокруг тебя вьется столько лицемеров и подлецов!» — не раз предупреждала мужа.

Переход Рохлина в стан оппозиции сказывался на Тамаре. Неприятности не ограничивались телефонными шутками типа: «А задница у вас тоже красная?». В декабре прошлого года, когда она возвращалась домой после встречи с лечащим врачом Игорька, ее схватили и затолкали в чью-то «Волгу». Полтора часа возили по городу, пытались насильно напоить водкой, измывались, а потом высадили у дочери, хотя она не называла ее адреса. Пригрозили на прощание: «Передай Рохлину, чтоб заткнулся, иначе не жить ни вам, ни ему».

ЗАЧЕМ В ТЮРЬМЕ КОСМЕТИКА?

Елена:
«В тюрьму мы маме отправили ортопедические тапочки (у нее больные ноги), томик стихов Ахматовой (по ее просьбе), рисунки Игорька, сигареты (она много курит) и продукты. Плюс ко всему приложили кое-что из косметики. Она потом через адвоката передала: «Зачем мне в тюрьме косметика?».

«СНАЧАЛА ОБНИМИ СЕМЬЮ»

На банкете в честь 50-летия Рохлина Тамара не была оригинальной, сказав ему то, что говорила часто: «Прежде чем обнять мир, сначала обними семью».

Рохлин был человеком, для которого общественные заботы оказывались превыше забот о домашних. Кого только в своем дому не перевидала Тамара Павловна! И партийцев, и беспартийцев, и бывших, и нынешних рохлинских коллег, и каких-то бедолаг, которые нуждались в деньгах. Даже шахтеры, пикетирующие Белый дом, как-то прибегали постоловаться, устроив заодно в квартире постирушку. «Приготовила ведро борща, думала на пару дней хватит. Смели за день. Опять дом был полон людей», — рассказывала Тамара близким. Если стол казался Рохлину скудным (хотя Тамара отличается хлебосольством), он, не стесняясь, при посторонних начинал корить жену. Он не понимал слово «трудно», он понимал слово «надо».

«ПАПУ ОБИЖАТЬ НЕЛЬЗЯ»

Дела в политике шли непросто. Она оказалась более сложным делом, чем военное. Досада от неудач выплескивалась на близких.

Оксана Балтина:
«Как-то Рохлин пришел домой не в духе. Зло отбросил кошку, подвернувшуюся ему под ноги. Игорь налетел на отца, сказав что-то обидное. За отцом «не заржавело». Тамара заступилась за сына. Слово за слово — скандал. Лишь дня через два жизнь вошла в колею. Все обиды в который раз были прощены. Игорек, навестивший меня, философствовал под впечатлением маминых нравоучений: «Папу обижать нельзя. Папа — кормилец…».

ОДНА ДОРОГА — В МОНАСТЫРЬ?

Телевизионное сообщение, что в убийстве Рохлина призналась Тамара Павловна, пятилетняя внучка Елизавета прокомментировала так:

— Это неправда. Тамара (она зовет бабушку по имени) не могла никого убить. Она же такая религиозная.

Рохлина верит в Бога. Церковь для нее — последняя надежда. В церкви она надеялась найти для себя и сына убежище.

— Если у Игоря болезнь будет прогрессировать, мне ничего не останется, как уединиться с ним в монастыре, — говорила она. — Верующие люди более терпимы.

Никто не сомневался, что она сделает как говорит. Все знали: в «психушку» Тамара Павловна сына не сдаст.

ЗАПИСИ РОХЛИНОЙ
«Слишком трудна, нудна и черна моя жизнь».
«Быт мне отшиб мозги, но моего стоицизма ничто не поколеблет».
«Во мне живет бешеная вольница. Неукротимый характер».

«ПОБЕРЕГИ ТАМАРУ!»

Оксана Балтина:
«За четыре дня до трагедии я во время прогулки с собакой потеряла ключ от своей квартиры и сутки с лишним прожила у Рохлиных, бок о бок с Тамарой, пока не приехал с дачи мой муж. Игорь устраивал один «концерт» за другим. Я за эти сутки корвалола выпила больше, чем за всю предшествующую жизнь. И надивиться не могла, как Тамара живет в таком постоянном напряжении. И не один год, а четырнадцать!

Лев Яковлевич квартировал на даче, и, когда он зачем-то заехал домой, я строго сказала ему: «Рохлин, побереги Тамару, она на пределе». В ответ он приказал сыну собираться за город. Они уехали. Тамара осталась одна. «Ой, как хорошо! — радовалась она. — Наконец-то я отдохну». А через полчаса уже убежала по своим благотворительным делам в мэрию.

На следующий день поехала на дачу. Без охоты поехала: «Опять в официантки запрягут».

ПОСЛЕДНИЕ ЧАСЫ ПЕРЕД ТРАГЕДИЕЙ

Оксана Балтина:
«Ничто не предвещало страшного. Днем я по телефону поздравила Игоря. В шесть мне позвонил Рохлин: «Привет, это я. Слышал, мне и Балтину прислали приглашения на встречу военных. Мой зять заедет к тебе, отдай мое приглашение». Около восьми позвонила Тамара, пожаловалась, что еле стоит на ногах. Сказала, что только что уложила Игоря поспать на часок перед застольем. Обещала через день приехать домой».

Следствие сегодня вынуждено признать, что никаких ссор в семье Рохлиных в ту ночь не происходило. А два бокала сухого вина, выпитые за праздничным столом, не могли затуманить сознание Рохлиной настолько, чтобы она схватилась за пистолет.

Когда дети уехали, Рохлин пошел в спальню, предложив и ей отправиться на покой: «Пойдем, Томик, спать». «Нет, я еще почитаю» — ответила она. Рохлина посидела с охранником и шофером на кухне у телевизора.

После полуночи позвонила своей приятельнице, поделилась радостью: через несколько дней должно состояться открытие ее персонального благотворительного фонда. «Это было моей мечтой, и, слава Богу, она сбудется».

Чуть позже Тамара взяла в руки томик Никколо Макиавелли. В его сугубо рациональном, хотя и категоричном, мире царит здравая логика. Предрассветный кошмар в эту логику не укладывается.

Незачем мыть пистолет — если не хочешь обвинить в убийстве никого, кроме себя.

Незачем стрелять второй раз (в стену!) — если уже не хочешь кончать жизнь самоубийством.

Зачем матери убивать того, на ком покоится благополучие ее больного, несчастного сына?

Рой вопросов. Одно не подлежит сомнению. Тамара Рохлина была офицерской женой. Теперь она стала офицерской вдовой.

Павел НИКИТИН

Михаил Бурмистров, адвокат:
«В следственную тюрьму к Тамаре Рохлиной я смог впервые попасть лишь на пятые сутки. Это был день похорон, 7 июля. Я увидел перед собой запуганного, беспомощного человека.
У одной из сокамерниц Рохлиной есть телевизор. Тамара Павловна попросила выключить его, когда показывали похороны мужа.
Она призналась, что никак не может заставить себя признать факт, что Рохлина нет в живых. «Разумом я все понимаю, но сердце отказывается верить в то, что я его больше никогда не увижу».
Попросила передать детям, чтобы берегли Игоря».

Елена:
«По причине нездоровья Игорь до конца не осознал происшедшего. Мы с ним были на кладбище. Он знает, что отца у него больше нет. Но осмыслить разницу между жизнью и смертью не в состоянии. Он не понимает самого этого слова — «смерть».

На фото: середина 80-х. На военно-воздушном празднике.

Тамара Рохлина — униженная жена генерала…

Рохлин был евреем.Его фамилия происходит от библейского имя Рахиль.За все годы своей службы генерал и его семья сменили 25 гарнизонов.Рохлин познакомился со своей будущей женой Тамарой,когда он был еще курсантом военного училища.Первой у них родилась девочка,а Рохлин всю жизнь ждал мальчика.Наконец родился долгожданный наследник.В это время Рохлина перевели служить в Туркмению.Там среди местного населения царила страшная антисанитария,на почве этого разразилась эпидемия менингита.Это страшное заболевание подхватил сын Рохлина.Ребенку тогда было 2 или 3 года.В гарнизоне и ближайшем к нему городе сыворотки от болезни не было.Нужно было срочно везти ребенка на вертолете за сотни километров на аэродром в Ашхабад,а оттуда уже самолетом в Россию.Был дорог каждый час!Но в это время в гарнизоне произошло какое-то ЧП,был тяжело ранен рядовой,он истекал кровью.Необходимо было везти его в ближайший город,где ему могли сделать сложную операцию.От генерала зависело,кого он спасет первым — своего сына или рядового,совершенно чужого ему солдата.Рохлин приказал сначала везти в госпиталь рядового.Пока вертолет летал туда-обратно,драгоценное время было упущено,и его сын заболел менингитом,стал на всю жизнь слабоумным уродом…
Этот факт сделал авторитет Рохлина в армии высочайшим!
Затем был Афганистан.Там вертолет,в котором летел Лев Рохлин,был подбит,упал и загорелся.Генерала сумели спасти,но его позвоночник был сильно поврежден.Рохлин долго лечился,и в конце концов врачебной комиссией был признан годным к дальнейшему прохождению службы.

Во время войны в Чечне Рохлин командовал армией,бравшей Грозный и Президентский дворец предателя Дудаева.Свой штаб Рохлин разместил фактически в двухстах метрах от эпицентра боев,в подвале разрушенного дома,куда залетали и осколки,и пули снайперов.Генерал прославился тем,что не посылал своих солдат в бессмысленные атаки,не отправлял в Москву лживые отчеты о мнимых победах,как это сплошь и рядом делали другие генералы-лизоблюды.Он берег жизнь каждого солдата.
Позднее,когда бои утихли,Рохлин приказал собрать в округе всю сожженную боевую технику и отправить ее в качестве металлолома на базу вторсырья.Полученные таким образом деньги он не присвоил,как это делали тогда многие офицеры,а построил на них в России многоэтажный дом для бесквартирных офицеров,которые служили в его непосредственном подчинении.Московские штабисты пытались потом обвинить Рохлина в присвоении денег и даже завели на него уголовное дело.Но оно вскоре развалилось.
После чеченской войны Рохлина перевели служить в Московский военный округ.Здесь он сблизился с лидером КПРФ Зюгановым и при его поддержке был избран депутатом Государственной Думы.Вместе с коммунистами Рохлин составил неоспоримый компромат на многих продажных и коррумпированных людей из окружения Ельцина и стал выступать за импичмент президента.У Рохлина слова никогда не расходились с делом.Он лично объездил всех руководителей всех военных округов России,убедил их в том,что Ельцин является марионеткой Запада и ведет Россию к гибели.Он призвал всех знакомых ему высших генералов сбросить Ельцина — фактически совершить военный переворот!И с ним согласились ВСЕ руководители военных округов,кроме одного…Был даже назначен КОНКРЕТНЫЙ день уничтожения Ельцина!
Рохлин был смелым генералом,но абсолютно наивным политиком.Он вел совершенно открытую войну с прожженными кремлевскими политиканами,никак не заботясь о собственной безопасности.О его заговорщической деятельности тут же стало известно всем!Но дожить до этого дня Рохлину не удалось…Буквально за несколько часов до совершения военного переворота Рохлин был убит в собственном доме…
Конкретно это произошло так.Рохлин вместе с семьей жил за городом,в строящемся особняке,в деревне,в очень безлюдном месте.Охрана услышала в доме выстрелы.Приехавшая милиция обнаружила в спальне в огромной луже крови мертвого генерала и его полубезумную жену Тамару.Она была явно не в себе и сначала призналась,что убила мужа именно она.Но на пистолете,из которого он был убит,не было ее отпечатков пальцев.И вскоре,когда она пришла в себя,она стала открещиваться от своих первоначальных слов и заявила,что ночью в доме появились какие-то люди в масках,убили генерала,угрожали смертью и ей самой и приказали взять всю вину на себя.Что она первоначально и сделала.
Слова Тамары подтверждались и тем,что охрана генерала несколько раз замечала невдалеке от дома Рохлиных плохо замаскированную засаду — там за кустами несколько дней прятались какие-то люди,которые следили за домом Рохлиных.Следователи пришли на это место и действительно обнаружили остатки еды и прочего — неоспоримые доказательства того,что здесь долгое время прятались люди.А в соседнем лесу были обнаружены два трупа в маскировочных костюмах.Подтверждалась версия,что это были как раз те самые киллеры,которые убили Рохлина,а потом убили их самих как ненужных свидетелей.
Но все эти факты на суде были отметены как домысли и фантазии адвокатов Тамары Рохлиной.Ей дали 8 лет тюрьмы за убийство мужа.Тем более нашлись свидетели,что в последние годы характер Тамары стал невыносимым,она постоянно скандалила с мужем,не могла простит ему слабоумие их сына как результат действий генерала в Туркмении.Получалось,что она отомстила ему за это в минуту очередной ссоры в состоянии аффекта.Суд не учел даже того,что Тамара являлась единственным опекуном своего 14-летнего слабоумного ребенка,что ей по закону требовалось снисхождение и снижение срока.Но суд действовал строго по указке Кремля!..
Тамара отсидела по полной.За годы заключения она побывала в четырех разных тюрьмах и колонии.
Ныне имя генерала Льва Рохлина и его жены забыты…

Рохлин был убит. Жена ни при чем.

— Живем в Москве. Мама с братом недалеко от меня, в районе метро «Молодежное». Я на инвалидности. У меня двое детей. Одна уже взрослая, 23 года, второй — 12 лет. Все свободное время общественной деятельности посвящаю. Как-то меня засосало, волей-неволей, в правозащитную деятельность, так получилось, и назад пути уже нет. Я состою в «Русском национальном фронте». Получилось так, что я столкнулась с тем, что у русских националистов практически нет своей правозащитной базы, нет средств. СМИ на них особо не обращают внимания. И в результате волей-неволей начали, в основном, этих ребят поддерживать. Ходить на суды. Писать о том, что происходит на судах. Собирать «передачи». По возможности, хотя бы чуть-чуть на адвоката. В таком духе всё.
— В конце января вы с единомышленниками объявили о создании Фонда поддержки русских политзаключенных. Кого вы поддерживаете? Можете назвать имена?
— Как группа поддержки политзаключенных мы существуем уже давно. В ВК есть группа «Политзаключенные. Поддержка. Отчеты». Есть и в ФБ такая же группа. Поддерживаем многих. Вот Игорь Барабаш сейчас сидит. Он — активист инициативной группы по проведению референдума «За ответственную власть» (ИГПР «ЗОВ»). Юрий Мухин — под домашним арестом, Александр Соколов, Валерий Парфенов (все по делу «ЗОВ»). Владимир Квачков. Петр Молодидов. Совершенно разные люди, но в основном они все относятся к русскому движению. А нам надо организовываться, потому что, если у либералов есть какая-то материальная база, есть СМИ, у нас этого практически ничего нет, и спасибо вам, что вы обратили внимание на нас. Потому что ситуация такая с судами, что на заказных процессах, будь ты на 150% прав, доказать свою правоту невозможно. И силовики настолько сейчас обнаглели, что даже не готовятся к процессам, не пытаются тебя обвинить на основании хоть какого-то закона, а просто встают и говорят: «Написанному верить!» Например, Юрий Мухин говорит им: «Если я — экстремист, то назовите мне пункт, по которому я считаюсь экстремистом!» Они говорят: «Написанному верить! Всё в деле есть!» Юрий Мухин спрашивает: «На какой странице?» Ему отвечают: «А вот вы посмотрите… Написанному верить!» Полный идиотизм. Люди готовят экспертизы, приходят свидетели от защиты, защитники выкладываются по полной, чтобы доказать, что ты никакой не экстремист и что ты референдум в соответствии с Конституцией РФ хотел провести. С ИГРП «ЗОВ» вообще бредовая ситуация. Их обвиняют в том, что они по Конституции РФ хотели провести референдум под названием «За ответственную власть». Оценить работу власти. У нас есть даже закон, устанавливающий уголовную ответственность за препятствование проведению референдума. В результате этого процесса следствие уже настолько не напрягается, что они уже ничего не придумывают, не подкидывают. Они просто за Конституцию начали судить людей! Понимаете?
— Как вы относитесь к созданному недавно националистами «Комитету 25 января»?
— Я была на их конференции. И там речь шла о политзаключенных, которые находятся в Украине. И я слышала, что Юрий Болдырев сделал такое предложение — объединить всех политзаключенных. Но что от Комитета было общее решение поддержать это предложение — я такого не слышала. У Стрелкова хоть какие-то ресурсы есть, и если их комитет встанет на защиту, кроме украинских политзаключенных, еще и русских националистов, то это было бы хорошо. На самом деле я пока сомневаюсь, что они пойдут на это, потому что это в какой-то степени опасно.
— Не появилось ли в последнее время новой информации о расследовании убийства вашего отца, генерала Льва Рохлина?
— А никому это не нужно. Нет, ничего не появилось, но рано или поздно правда все равно выплывет. Выплывет, когда об этом не будет страшно говорить. А так это никому не нужно. Что можно сделать в этой ситуации? На самом деле всем очевидно, как была проведена операция по устранению моего отца. Человека убрали потому, что он имел возможность совершить военный переворот. А совершить его он собирался ради народа. Он стоял на народовластии. Когда он пришел и увидел в Госдуме, насколько было объемным это воровство, приватизация… К нему шла информация со всех сторон. От бывших кагэбэшников. Отовсюду. И в то же время он увидел огромное доверие со стороны народа, различных политических деятелей, ученых. Он не видел другого выхода. И сейчас назревает опять такая же ситуация.
— Вы помните заявление бывшего заместителя премьер-министра Михаила Полторанина, который обвинил лично Владимира Путина в убийстве генерала Льва Рохлина? Причем, как он заявил, решение об убийстве принимали на даче в своем узком кругу четыре человека: Ельцин, Волошин, Юмашев и Дьяченко, а осуществить убийство было поручено лично Путину. После убийства, через 22 дня Путин был назначен директором ФСБ.
— Я очень часто хожу на суды и вижу, как бездоказательно кого-то обвиняют. И, не имея никаких данных, никакой информации, кроме каких-то высказываний каких-то людей, которые почему-то говорят «а» и не договаривают дальше, я никогда не возьму на себя роль обвинителя, допустим, того же Путина, не имея никакой информации об этом.
— А обвинения Михаила Полторанина?
— Ну так а почему он не дорассказал тогда, если он что-то знает? Когда такие заявления делаются, то тогда возникает вопрос к этим людям: если вы их делаете, то, так как эти заявления очень серьезные, расскажите дальше, что вы знаете!
— К вам никто не обращался с предложением провести собственное расследование?
— От нас разбежались все как тараканы! Почему? Страх! Каждый раз одна и та же история у нас в патриотической среде. «Не забудем! Не простим!» — ровно только на кладбище. А дальше все разбегаются в стороны, потому что опасно и удобнее занять такую позицию: «А может, так и было?» Удобно вообще не замечать потом. Как-то искать себе место под солнцем.
— Сейчас вообще подвергается сомнению сам факт того, что генерал Лев Рохлин готовил военный переворот. Он не сообщал вам какие-то подробности происходящего, не держал вас в курсе подготовки этого переворота?
— Он меня не держал, но через своего мужа (помощник Льва Рохлина Сергей Абакумов) я знала. Специально добычей этой информации я не занималась по той причине, что меньше знаешь — лучше спишь. А на самом деле так и было. И 8-й корпус, и другие войска собирались выдвинуться. Но сначала должен был выйти народ на площади, а народ тогда выходил без всякого интернета по пятьсот тысяч. И выйти отовсюду. Мне сейчас рассказывают, что даже с Украины собирались, с Донбасса, ехать люди. А потом, если бы требование народа не было бы удовлетворено, чтобы Ельцин ушел в отставку, то тогда бы произошли, при поддержке народа, военные действия. Ошибка моего отца была в том, что он, хоть по папе — еврей, а по маме — русский, он как бы «иду на вы!». Он думал, что если он озвучит информацию о том, что на него готовится покушение, а информации было более чем достаточно, то это его как-то обезопасит. Но система эта очень хитрая. И когда решалась судьба страны, никто не церемонился. Надо было бы — ракеты бы запустили. А врагов было более чем достаточно. На тот момент отец должен был выступить через один-два дня в Госдуме по поводу урановой сделки. Это когда Черномырдин отдал «за три копейки» весь запас урана, который добывался в стране за 30 лет. Страна сдавалась. И это очень серьезная сделка на самом деле. Ученые озвучивали, что этот уран стоил 8 триллионов долларов как минимум. Чеченцы давали за голову отца деньги. Но по поводу чеченцев я сомневаюсь, так как в какой-то степени они уважали его по той причине, что он отказался от «Героя России», объявив о том, что это была гражданская война в интересах олигархов. Чеченцы видели, что он не страдал желанием кровь лить. На самом деле он с болью смотрел на то, что ему пришлось участвовать в этом мероприятии, в котором страдал простой народ. Версии есть. Их масса. Но для меня очевидно, что, конечно, стоял вопрос власти. И тогда был шанс, чтобы здоровые силы пришли к власти потому, что народ реально был недоволен и народ был активен.
— Вы пришли на конференцию «Современные проблемы России и пути их решения». Какими же видятся вам эти пути?
— Мне кажется, что сознание общества должно шириться и расти. Пока люди не поймут, что они должны взять ответственность за происходящее на себя, можно сколько угодно кричать про «паразитов». Пока вы не готовы выходить за себя лично, за свой завод, за свое предприятие, за свою медицину, всё будет так и продолжаться. Придет другая власть, но, если вы будете аморфны, ничего здорового не родится. И мне кажется, что это нужно доносить до людей и самим всем объединяться на основе того, что на смену этой системе олигархической пришла система народовластия. Конечно, это, может быть, звучит как-то фантастично, но Россия всегда умела удивлять. И шанс, что у нас будет народовластие, есть.
— Собираетесь участвовать в выборах в Государственную Думу в сентябре?
— А это бесполезно! Я — член избирательной комиссии, метро «Молодежная», Западный округ Москвы. С правом решающего голоса. Я вижу, что изначально выборы сделаны так, что человеку не от системы без денег не пробиться. Не пробиться никаким образом. Все продумано. Сейчас же даже нарушений на выборах нет. У нас на участке не было никаких вбросов, ничего! Просто приходит очень маленький процент голосовать. А ограничений по проценту ведь сейчас нет, и этого достаточно. Нет сейчас и пункта «против всех». Конечно, люди приходят и пишут матерные слова, зачеркивают, но все равно считается, что они проголосовали. Понимаете? И не надо нарушений никаких. Просто изначально не допускаются активные люди, активисты, потому что за ними кто-то не стоит и у них нет денег. Вообще, никаким образом я на выборы не надеюсь. И все здравомыслящие люди — тоже. Сама выборная система не изменилась. Что ни делай, понимаете? Это просто нам показывают, что какие-то подвижки есть, но на самом деле ужасная ситуация в стране. Народ не хочет от себя проявлять какую-то инициативу, и нет воли в людях, а власть не может и не хочет переформатироваться. И мы — в застое. Во что это загнивание выльется, вообще непонятно.

ТАМАРА РОХЛИНА ДАЛА СЕБЕ КОМАНДУ «ВЫЖИТЬ»

Супруга генерала, обвиненная в его убийстве, сейчас на свободе. Похоже, у Тамары Рохлиной тяжелое заболевание. 15-летний сын Игорь страдает от эпилепсии. А где же боевые соратники Рохлина? Они оставили семью друга один на один с горем.

— Я не убивала своего мужа и не хочу говорить об этом деле, потому что впереди суд, а стены имеют способность слышать, — сказала Тамара Рохлина родным и друзьям, встретившим ее недавно в день выписки у ворот госпиталя имени Бурденко.
В уголовном деле из 14 томов зафиксированы показания подследственной Рохлиной Т.П. о том, как трое неизвестных, проникнув ночью в квартиру, застрелили спящего мужа. А ей приказали взять вину на себя, пригрозив расправой над больным сыном и дочерью. Продержав эту женщину в тюрьме полтора года, бригаде старшего следователя Н.Индюкова так и не удалось вырвать у нее признательных показаний. В ход, по словам Рохлиной, шли шантаж, угрозы… Ее поместили в камеру, где на 22 квадратных метрах томились 32 арестантки, долго не давали кровати, спала на полу. Вместо необходимых лекарств — грубость и насмешки следователей. А один из сыщиков будто бы предлагал Рохлиной свалить вину за убийство мужа на некую таблетку, которую она «приняла накануне», после чего «перестала что-либо помнить».
Наконец 30 декабря, после 18 месяцев заключения, Генпрокуратура РФ изменила «опасной» узнице меру пресечения на подписку о невыезде. И не по доброте душевной, а потому что истек срок, отведенный законом для содержания арестованных под стражей на время предварительного расследования.
Новый год настрадавшаяся мать встретила с сыном Игорьком, дочерью Еленой и зятем Сергеем. Но вскоре после праздников Тамара Павловна очутилась на больничной койке кардиологического центра, откуда врачи рекомендовали срочно перебираться в онкологический центр на Каширке. А она — что было за гранью понимания медиков — попросилась домой.
Дело в том, что течение болезни ее 15-летнего сына нынешней весной приняло тяжелые формы. У мальчика стали наблюдаться проявления эпилепсии. И забыв про собственные болячки, мать кинулась хлопотать о госпитализации Игорька. Добрые люди помогли ей поместить его в 6-ю детскую психиатрическую больницу, и теперь вдова окопного генерала занята поисками денег на лекарства. Может, и продала бы что-нибудь, да, вернувшись, не обнаружила в квартире всех более или менее ценных вещей, нехитрых своих женских украшений, одежды. Пропало даже белье. Унесли и компьютер, на котором обучала сына писать и играть. А ведь стеречь квартиру была приставлена охрана мужа. Про десятки тысяч долларов, которые надо отдавать адвокатам, будущая подсудимая старается сейчас и не думать…
Казалось бы, какие могут быть треволнения и заботы о хлебе насущном, если рядом есть такой замечательный друг семьи, как Виктор Илюхин? Неутомимый борец за народное счастье, зам.председателя думского Комитета по обороне, зам.председателя общероссийского движения «Союз» и вожак ДПА, поднявший оброненное генералом Рохлиным знамя. Разве он еще не подставил плечо помощи вдове убитого товарища?
— За два месяца, пока я лечилась в больнице, Виктор Иванович так и не нашел времени навестить меня, — говорит Тамара Павловна. — Отделывался телефонными звонками. Не кажет глаз и сейчас.
…Мы сидим с Тамарой Павловной на маленьком диванчике их квартиры и перебираем груды семейных фотографий. Много, оказывается, весьма интересных людей окружали генерала Рохлина при его жизни. Вот известный всем большой милицейский чин. А вот Алексей Подберезкин. Здесь Лев на митинге рядом с Зюгановым. Тут — чаевничает с адмиралом-флотоводцем. Обидно Тамаре Павловне за бывшего министра обороны Игоря Родионова. Ведь столько лет дружили семьями.
Но после убийства Льва и заточения Тамары в тюрьму Родионов ни разу не позвонил ее дочери Лене, не поинтересовался самочувствием матери, не предложил помощи. Не звонит Тамаре Павловне и по сей день…
Сколько предательств пережила вдова за эти долгие 18 месяцев — не счесть. Многие офицеры, генералы и адмиралы, которые грелись в лучах популярности Льва Рохлина, теперь спрятались, «залегли». На допросах уверяли, что совершенно не знали убитого. Иные и вовсе под нажимом следователей сочиняли про семью всякие гадости…
Снова разговор об Илюхине.
— Понимаете, для нас он был не просто коллегой Льва. Был вхож в нашу семью, не раз сидел с мужем за одним столом. Меня звал Томочкой и брал на руки нашего Игорька. А 20 мая 1998 года, подчиняясь партийной дисциплине, проголосовал за смещение генерала Рохлина с поста председателя Комитета по обороне. Но и после этого как ни в чем не бывало приходил в наш дом. За 18 месяцев он моему сыну даже конфетки не принес. Создал специальный фонд для сбора средств на памятник генералу Рохлину — ну и где деньги? На могиле героя двух войн — все тот же облезлый деревянный крест, который я, если найду машину, на днях поеду красить. Стыдобища…
Да, многие так называемые соратники по борьбе не выдержали испытания на верность: предали, бросили семью в беде, ничем не помогли ей в тяжкую минуту. А Тамаре Павловне было бы интересно послушать хотя бы от бывших друзей-депутатов, отчего прошлая Дума упорно отказывалась назначать пенсию на содержание несовершеннолетнего сынишки убитого коллеги? Ведь сколько раз депутат Райков вопрос поднимал — тщетно! Даже когда дочь Рохлиных Елена по предложению председателя Комитета по делам женщин волгоградки Апариной написала ходатайство о назначении такого пособия, чья-то властная рука наложила на бумагу вето.
— Я не знаю, сколько мне отведено времени, — сказала Тамара Павловна на прощание. — Поставлю Игорька на ноги, а потом буду бороться со своей раковой клеткой… Я дала себе команду выжить — хотя бы ради сына и честного имени мужа. Предстоящий суд, если он состоится, мне не страшен. Мне не в чем оправдываться, нечего стыдиться, и я спокойно смотрю людям в глаза.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *