Указ о праздновании нового года

Указ «О праздновании Нового года»

Указ Петра I № 1736 «О праздновании Нового года»

7208 году декабря в 20 день великий государь царь и великий князь Петр Алексеевич, всея Великия и Малыя и Белыя России указал сказать:

Известно ему великому государю стало, не только что во многих европейских христианских странах, но и в народах словенских, которые с восточною православною нашею церковью во всем согласны, как: волохи, молдавы, сербы, долматы, болгары, и самые его великого государя подданные черкасы и все греки, от которых вера наша православная принята, все те народы согласно лета свои счисляют от Рождества Христова в восьмой день спустя, то есть, января с 1 числа, а не от создания мира, за многую рознь и считание в тех летах, и ныне от Рождества Христова доходит 1699 год, а будущего января с 1 числа настает новый 1700 год, купно и новый столетний век; и для того доброго и полезного дела указал впредь лета счислять в приказах, и во всяких делах и крепостях писать с нынешнего января с 1 числа от Рождества Христова 1700 года.

А в знак того доброго начинания и нового столетнего века, в царствующем граде Москве после должного благодарения к Богу и молебного пения в церкви, и кому случится и в дому своем, по большим и проезжим знатным улицам, знатным людям, и у домов нарочитых духовного и мирского чину, перед вороты учинить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых, елевых и можжевеловых, против образцов, каковы сделаны на Гостине дворе и у нижней аптеки, или кому как удобнее и пристойнее, смотря по месту и воротам, учинить возможно, а людям скудным комуждо хотя по древцу или ветви на вороты, или над хороминою своею поставить, и чтоб то поспело ныне будущего генваря к 1 числу сего года, а стоять тому украшению генваря по 7 день того ж 1700 года.

Да генваря ж в 1 день, в знак веселия; друг друга поздравляя новым годом и столетним веком, учинить сие: когда на большой Красной площади огненные потехи зажгут и стрельба будет, потом по знатным дворам, боярам, и окольничим, и думным и ближним, и знатным людям, полатного, воинского и купецкого чина знаменитым людям, каждому на своем дворе, из небольших пушечек, буде у кого есть, и из нескольких мушкетов, или иного мелкого ружья, учинить трижды стрельбу и выпустить несколько ракетов, сколько у кого случится, и по улицам большим, где пространство есть, генваря с 1 по 7 число, по ночам огни зажигать из дров, или хворосту, или соломы, а где мелкие дворы, собрався пять или шесть дворов, такой огонь класть, или, кто похочет, на столбиках поставить по одной, по две, или по три смоляные и худые бочки, и наполня соломою или хворостом, зажигать, перед бурмистрскою ратушею стрельбе и таким огням и украшению, по их рассмотрению быть же.

Мы живём по указу Петра Первого: Как и почему Новый год стал самим собой

Новый год — праздник совершенно особенный. С наступлением нового цикла длиной в привычный год у всех народов мира связаны собственные традиции, которые берут начало ещё с древних времен. Новый год, например, в Древнем Риме праздновали 1 марта, ну а в России до 1700 года — 1 сентября.

Так было до тех пор, пока Пётр Первый не написал свой знаменитый Указ № 1736 «О праздновании Нового года» и перенёс дату празднования на 1 января. Целью указа было синхронизировать этот праздник с народами Европы, включая те, которые были поддаными российской короны. Однако интересно, что на самом деле, несмотря на перенос даты на 1 января, никакой синхронизации в реальности не произошло. Наши предки всё равно встречали Новый год тогда, когда в Европе это уже произошло.

Всё дело в различии календарей. Европа уже тогда жила по григорианскому календарю, а Российская империя — по юлианскому, который «отставал» сначала на 10 дней. Так было до 1800 года, когда разница достигла 11 дней, затем, к 1900 году, — 12 дней, а к 1918 году — хорошо известные нам 13 дней. Как так получилось? 14 февраля 1918 года Советская Россия ввела григорианский календарь, и 1919 год встретили уже по новому стилю. Так появился загадочный для любого западного человека старый Новый год, то есть тот праздник, который отмечался бы тогда, когда его повелел отмечать Пётр Первый.

Указ и празднование

Если посмотреть на указ Петра Первого, то сразу становится понятен не только светский характер того, что предписывалось делать как простому люду, так и знатным лицам, бывшим боярам и тогдашним дворянам. В указе отмечать Новый год велено было после «должного благодарения к Богу и молебного пения в церкви». Император велел также украшать дома и ворота ветками ели или сосны:

«А в знак того доброго начинания и нового столетнего века, в царствующем граде Москве после должного благодарения к Богу и молебного пения в церкви, и кому случится и в дому своём, по большим и проезжим знатным улицам, знатным людям, и у домов нарочитых духовного и мирского чину, перед вороты учинить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых, елевых и можжевёловых, против образцов, каковы сделаны на Гостине дворе и у нижней аптеки».

Таким образом, мы видим и закрепление традиции празднования Нового года непременно при украшении домов внутри и снаружи елью. Традиция эта никуда не делась и сегодня.

Фото: FOTOGRIN / .com

Известно, что Пётр Первый любил салюты и широкие гуляния. Когда император ездил в Европу «за науками», то его внимание привлекли всевозможные традиции пускать фейерверки. Затем они стали неотъемлемой частью разгульных петровских ассамблей. И разумеется, встреча нового не только года, но и XVIII века, прозванного не случайно «галантным», уже не могла обойтись без светского платья для тех, кто мог себе его позволить, шумных гуляний и запуска салютов:

«Да генваря ж в 1 день, в знак веселия; друг друга поздравляя новым годом и столетним веком, учинить сие: когда на большой Красной площади огненные потехи зажгут и стрельба будет, потом по знатным дворам, боярам, и окольничим, и думным и ближним, и знатным людям, полатного, воинского и купецкого чина знаменитым людям, каждому на своём дворе, из небольших пушечек, буде у кого есть, и из нескольких мушкетов, или иного мелкого ружья, учинить трижды стрельбу и выпустить несколько ракетов, сколько у кого случится, и по улицам большим, где пространство есть».

Отметим, что и та традиция сегодня у нас живее всех живых. Разве что на Красной площади не происходит никакого единого новогоднего салюта, однако там каждую новогоднюю ночь собираются десятки тысяч москвичей и, как это модно говорить сейчас, гостей столицы. На Красной площади проходят не менее шумные, яркие и красочные мероприятия, чем те, что были в петровское время. О запуске салютов и говорить нечего — грохот в новогоднюю ночь уже стал неотъемлемым атрибутом, и без него праздник точно не был в нашем сознании самим собой, как без «зелёных красавиц» и традиционного салата оливье.

Что же ещё бросается нам в глаза в знаменитом петровском указе?

Конечно же, период празднования Нового года. Царь велел отмечать семь дней, как раз до сегодняшнего Рождества Христова. В этот период людям разных чинов предписывалось поздравлять друг друга, дарить подарки, вести пальбу из мушкетов, а «за отсутствием оных» — ставить по дворах бочки, «наполненные соломою и хворостом», и поддерживать там огонь все семь дней:

«Генваря с 1 по 7 число, по ночам огни зажигать из дров, или хворосту, или соломы, а где мелкие дворы, собрався пять или шесть дворов, такой огонь класть, или, кто похочет, на столбиках поставить по одной, по две, или по три смоляные и худые бочки, и наполня соломою или хворостом, зажигать, перед бурмистрскою ратушею стрельбе и таким огням и украшению, по их рассмотрению быть же».

Почему праздник прижился в России, а мы и сейчас живём по указу Петра?

Примечательно, что жители Российской империи не встретили нововведение Петра Первого в штыки. Считается, что новогодние праздники полюбились людям из-за традиционных Рождественских святок, на которые теперь пришлось и празднование Нового года.

Император Пётр Великий. Фото: Vadim Nekrasov / Globallookpress

Рождественские святки — это время с Рождества Христова до Крещения Господня. Этот период был действительно праздничным в петровское время, когда Рождество отмечалось 25 декабря. Начало зимних Святок и окончание Рождественского поста во многих местах Российской империи приурочивалось к Николину дню.

А теперь добавим сюда указ Петра Первого. Ведь именно этот документ, который носил в понимании полного энергии и планов молодого царя светский характер, одновременно предписывал гуляния в течение семи дней, украшения елью, зажигание огней. Этот указ не только сдвинул Новый год «по европейскому образцу», но оказался очень понятен русскому христианину из-за святочной традиции.

Новогодние костюмы, салют, шампанское, мандарины, оливье, поздравление президента, тот миг за секунды до начала боя кремлёвских курантов — всё это светская сторона праздника и семейная традиция современного жителя России.

Совпадение по времени в конечном итоге сблизило славянскую святочную обрядность с духовной и христианской традицией. Фото: Александр Авилов / АГН «Москва»

Таким мы знаем Новый год благодаря указу Петра Первого, по которому мы живём и сегодня. Мы празднуем Новый год, как и велел император, семь дней (хотя так было не всегда в СССР и в новой России). Запускаем фейерверки, ставим ёлки, поздравляем друг друга и наряжаемся в лучшее «платье». Несмотря на то что традиция празднования Нового года после Петра Первого на какое-то время ушла на второй план, она была вновь возобновлена Екатериной Второй и с тех пор продолжает дарить чувство обновления и объединять нас.

Новогодняя реформа: как Петр Великий изменил главный праздник года

20 декабря 1699 года издан указ Петра I о переносе празднования Нового года с 1 сентября на 1 января

Весенний или зимний?

На Руси дата Нового года была непостоянной. Земледельцы начинали работы в поле с 1 марта, и эту дату считали первым днем года. В других случаях Новый год совмещали с днем весеннего равноденствия 22 марта. Хотя для некоторых славян-язычников первым днем года считался так называемый «зимний солнцеворот» 22 декабря (самый короткий и холодный в году), обычно праздник все же устраивали тогда, когда земля «просыпалась» и готовилась подарить очередной урожай.

В то же время в канун привычного нам зимнего Нового года на Руси отмечали Васильев день. К этому празднику было принято готовить разнообразные блюда из свинины – считалось, что так святой Василий Кесарийский обязательно увеличит поголовье скота в каждом хозяйстве и обеспечит безбедную жизнь. Для того, чтобы получить богатый урожай, в этот день совершали еще и обряд «посевания». Рано утром дети обходили дома и рассыпали там яровую пшеницу, которую затем тщательно собирали и хранили до весны – периода настоящего сева. За совершение обряда дети получали сладкие подарки и складывали их в самодельные разноцветные рукава.

Зима на Руси

Новый год в Государстве Российском

После Крещения Руси к нашим предкам пришел византийский календарь, согласно которому празднование Нового года приходилось на 1 сентября. В этом тоже была своя логика: когда сельскохозяйственные работы завершены и урожай собран, можно было начинать новую жизнь и готовиться к следующему сезону. Кроме того, считалось, что именно в первый сентябрьский день Бог сотворил мир. На протяжении нескольких столетий Новый год отмечали дважды: официально – осенью и по старым обычаям – весной. В XV веке, когда Русь освободилась от ордынской зависимости, Московский государь Иван III приказал установить единую дату, и празднование Нового года перенесли на сентябрь как для русской церкви, так и для мирян.

С 1495 года 1 сентября в Кремле проводились церемонии «О начатии нового лета», «На летопровождение» или «Действо многолетнего здоровья». Царь и митрополит (затем – патриарх) возглавляли праздничное шествие, которое проходило под звон колоколов. В XVII веке эту традицию дополнили: теперь монарх, его свита и бояре выходили к народу в нарядных одеждах и поздравляли с праздником. После торжественной церковной службы в домах Новый год отмечали песнями, плясками и угощениями, но называли его тогда иначе – «Первый день в году».

Елочный торг. Художник Генрих Манизер

Приказ веселиться и ставить ели

Праздновать Новый год по европейским традициям решил Петр I, вернувшийся на родину после Великого посольства в 1698 году. Спустя год – 20 декабря 1699 года – царь издал новый указ, в котором подробно изложил, какие перемены ждут подданных на пороге нового столетия. Теперь летоисчисление осуществлялось от Рождества Христова, а не от сотворения мира, и Новым годом становился день 1 января.

Предписания Петра Великого на этом не заканчивались. По велению государя все дома должно было украсить сосновыми, еловыми или можжевеловыми ветвями. Поскольку о подобной традиции в России было известно немногое, образцы наряженных деревьев выставили в московском Гостином дворе. Правда, после смерти государя о елках скоро позабыли, и нарядное дерево стало символом новогоднего праздника лишь в 30-40-е годы XIX века.

Юбилейная марка, посвященная петровскому указу

Отныне Новый год становился общественным, а не домашним праздником. Царь мечтал, чтобы этот день отмечали фейерверками и громкими выстрелами пушек или ружей. На улицах Петр I распорядился жечь костры из дров, хвороста и смолы и поддерживать огонь в течение всей праздничной недели. В ночь с 31 декабря 1699 года на 1 января 1700 года праздник впервые отметили по петровским предписаниям. На Красной площади был устроен грандиозный фейерверк, а москвичи стреляли из мушкетов и пускали пороховые ракеты возле своих домов. Бояре и служилые люди облачились в венгерские кафтаны, их супруги – в нарядные платья, сшитые по европейской моде.

Шумные торжества продолжались до 6 января и окончились крестным ходом. Здесь Петр Великий вновь отверг древние традиции, и не шел вслед за представителями духовенства в богатом облачении. Вместо этого он надел мундир и остался на берегу Москвы-реки в окружении солдат Семеновского и Преображенского полков, наблюдая за процессией.

Новогодний бал-маскарад в XIX веке

С тех пор празднование Нового года постоянно проводилось в ночь с 31 декабря на 1 января. В начале двадцатого столетия у праздника появился еще один символ – Дед Мороз, «прообразом» которого считают то языческого колдуна по имени Трескун, то святого Николая Чудотворца. В годы Первой мировой войны Новый год отмечали уже не так пышно, как желал Петр I – многим не хотелось повторять традиции немцев. После Октябрьской революции новогодние празднества то запрещали, то разрешали вновь. Окончательное возрождение Нового года случилось в 1930-х: главный зимний праздник все же был реабилитирован, он вернулся ярким, шумным, волшебным. И таким остался до наших дней. А нерабочим днем 1 января объявили только в 1947 году.

Обложка: ruspekh.ru

320 лет назад Петр I приказал праздновать Новый год 1 января

20 декабря 1699 года Петр I подписал указ о переходе России на новое летоисчисление и переносе празднования Нового года с 1 сентября на 1 января. Своим указом царь повелел 1 января 1700 года украсить дома по образцам, выставленным в Гостином дворе, в знак веселья обязательно поздравлять друг друга с Новым годом и новым столетием. На Красной площади был устроен фейерверк, пушечные и ружейные салюты, а москвичам было велено стрелять из мушкетов и пускать ракеты возле своих домов. По мнению Петра I, календарное различие мешало сближению России с Европой, установке торговых и политических связей.

Изначально наступление очередного года отмечали 1 марта.

В древние времена на Руси вели отсчет «летам» с сотворения мира. Празднование Нового года весной соотносилось с языческими традициями, которые в значительной степени сохранились и после принятия христианства. Со временем роль церкви в государстве усилилась. Священнослужители стремились побороть остатки языческих верований. С 1492 года на Руси был введен «византийский» календарь, по которому следующий год отсчитывался с 1 сентября.

Реклама

Новые правила приживались в народе не просто. Земледельцы продолжали ориентироваться на весеннее равноденствие и совершать привычные ритуалы, с недоверием относясь к предложенным властями новшествам. Но за три века страна все же привыкла праздновать смену года осенью. И когда все окончательно устаканилось, на авансцену выдвинулся энергичный самодержец Петр Алексеевич, перестраивавший свою державу на европейский манер. Если первым Романовым на русском престоле не было дела до праздника, именовавшегося тогда просто как «Первый день в году», то самый яркий представитель династии рассудил, что и этот аспект не может не входить в сферу его интересов.

Петр I принялся менять Россию после возвращения из Великого посольства

– своей знаменитой дипломатической миссии 1697-1698 годов, в ходе которой царь не только подписывал важные договоры и вступал в коалиции с монархами, но и знакомился с жизнью и порядками передовых стран Европы. Одним из первых вышел указ о введении налога на ношение бороды. Чтобы произвести психологический эффект, 26-летний Петр I взял в руки ножницы и лично принялся резать бороды пожилым боярам из достопочтенных княжеских родов. Далее эстафету принял царский шут.

Государь окружил себя иностранцами, которые оказывали на него определенное влияние. Как удалось обнаружить Петру, за рубежом уже давно никто не отращивает лопату от подбородка. Напротив, длинные бороды считались в цивилизованном мире архаизмом, если не проявлением варварства. В них видели уродство и антисанитарию. Стремление привести внешний облик своих подданных к европейскому не ограничивалось у Петра I только бородами. Его целью было переодеть сподвижников из русского национального костюма в западное платье.

Через полтора года после введения налога на ношение бороды по воле властителя России вышел указ №1736 «О праздновании Нового года». Петр I объяснил свое решение следующим образом: «не только что во многих европских християнских странах, но и в народах славянских, которые с восточною православною нашею Церковью во всем согласны — как валахи, молдавы, сербы, далматы, болгары и самые его, великого государя, подданные черкасы, и все греки, от которых наша вера православная принята — все те народы согласно лета свои исчисляют от Рождества Христова в восьмой день спустя, то есть января с 1 числа, а не от Создания мира».

Царским подданным предстояло отпраздновать новый, 1700 год 1 января.

Такая перспектива ввергла многих в ступор, ведь совсем недавно, четырьмя месяцами ранее, они уже отметили наступление 7209-го года.

Кроме того, Петр I приказал взять за правило и прогрессивные европейские традиции — «перед воротами учинить некоторые украшения из древ и ветвей сосновых, елевых и можжевелевых», «людям скудным каждому хоть по деревцу или ветке над воротами или над хороминой своей поставить», а также «учинить трижды стрельбу и выпустить несколько ракет, сколько у кого случится».

Празднества окончились только 6 января крестным ходом на Иордань. Вопреки старинному обычаю, царь не шел за духовенством в богатом облачении, а стоял на берегу Москва-реки в мундире в окружении Преображенского и Семеновского полков, одетых в зеленые кафтаны и камзолы с золотыми пуговицами и позументом. Боярам и служилым людям было велено облачиться в венгерские кафтаны.

Многие старые обряды — веселые карнавалы, развлечения ряженых, катание на санях, полночные гадания и хороводы вокруг елки — хорошо вписались в ритуал встречи Нового года.

Со временем большая часть мира перешла на григорианский календарь, а русский Новый год стал на 11 дней опережать европейский. Крестьяне продолжали отмечать его в сентябре, новая дата ассоциировалась у них скорее со Святками и Рождеством. Важным составляющим праздника являлось съедание зажаренного «кесаретского поросенка». Это особое блюдо обязательно входило в ужин в Васильев вечер накануне Нового года. Свое название оно получило по имени святителя Василия Великого, или Кесарийского, день памяти которого приходился на 1 января по старому стилю. Святого Василия почитали как покровителя свинопасов, а «Кесарийский» в народе превратилось в «Кесаретский». Входили в трапезу и другие продукты, поедание которых должно было способствовать благополучию семьи в новом году.

Знать при Екатерине II начала проводить балы-маскарады. Отмечали Новый год и пальбой из пушек, которую позже отменил Павел I. Новогодняя ель окончательно вошла в обиход в период царствования Николая I. Произошло это благодаря супруге императора — прусской принцессе, принявшей православие под именем Александры Федоровны.

Елки украшали в дворянских домах по немецкому образцу:

на ветки вешали яблоки, символизирующие запретный плод, а венчала дерево Вифлеемская звезда. Впоследствии появились игрушки на рождественскую тематику.

Праздник становился все более народным. Ситуация изменилась в 1914 году: на волне вызванных Первой мировой войной антинемецких настроений Синод назвал елку «вражеской, немецкой затеей, чуждой православному русскому народу».

План спасения Нового года. Заветы Петра Великого — в жизнь

320 лет назад, 20 декабря 1699 г., царь Пётр I подписал Указ под номером 1736. Пожалуй, это чуть ли не единственный документ той эпохи, с содержанием которого, пусть даже в самых общих чертах, знакомы мы все. Да-да, это тот самый указ о праздновании Нового года по европейскому образцу: 1 января.

Более того, это, наверное, один из немногих законов, действующих и поныне. Причём он пользуется повсеместным уважением и соблюдают его с удовольствием и радостью, что для распоряжений высшей власти скорее исключение, чем правило.

Другое дело, что некоторые положения этого закона пытались тормознуть, а то и вовсе отменить. Кстати, подобные попытки кое-кто предпринимает и до сих пор, с каким-то маниакальным упорством поднимаясь в атаку на заветы одного из величайших государей в отечественной истории.

Собственно, заветов в том документе содержится ровно три. С первым всё пока более или менее в порядке. Вот он: «Для того доброго и полезного дела впредь лета счислять и во всяких делах писать с нынешнего генваря с 1 числа от Рождества Христова 1700 года». Нет, по этому поводу тоже возникали дискуссии. В 1917 году, например, многие предлагали переделать календарь так, чтобы Новый год наступал с 1 марта: даты, когда царя вынудили к отречению и вроде как началась Новая Эпоха. Но романтически настроенные болваны были в меньшинстве, и всё оставили как есть.

Рукопись Указа Петра I № 1736 от 20 (30) декабря 1699 года «О праздновании Нового года» Фото: Commons.wikimedia.org

А вот что касается двух других заветов царя-плотника, то с ними дела обстояли не столь благостно.

Итак, завет номер два: «Перед вороты учинить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых, елевых и можжевеловых по образцам, каковы сделаны на Гостином дворе и у Нижней аптеки, или кому как удобнее и пристойнее. А людям скудным комуждо хотя по древцу или ветви на вороты, или над хороминою своею поставить».

С этим некоторые проблемы возникли изначально. Ёлкой русский человек не то чтобы брезговал, просто отношение к ней было специфическое. Точь-в-точь по пословице: «В березняке — любиться, в сосняке — жениться, в ельнике — удавиться».

Домашняя ёлка — это вообще явление довольно позднее. Потребовалось сто с лишним лет, чтобы она более-менее прижилась. Да и то не везде. В начале XIX в. рождественские и новогодние ёлки стояли только в домах петербургских немцев. Собственно, мемуары первой половины столетия сходятся на том, что ёлка — это явление в целом привычное, но русские относятся к нему как к «немецкому обыкновению». Первое отечественное упоминание о настоящей домашней ёлке относится к 1842 г. Что характерно — в русско-немецкой семье. Жена Александра Герцена описывает, как впервые устраивала для их двухлетнего сына праздник: «Весь декабрь я занималась приготовлением елки для Саши. Для него и для меня это было в первый раз — я более него радовалась ожиданиям».

А спустя пару лет как прорвало. Рождественская ель стала модным явлением, и Россию охватил настоящий ёлочный ажиотаж. С тех пор Новый год и ёлка стали практически синонимами.

Разлучить их пытались несколько раз. Но дело начали вовсе не большевики, которые, как многим известно, ополчились на ёлку как на «буржуазный пережиток»: «Только тот, кто друг попов, ёлку праздновать готов!» Другое дело, что пламенные революционеры «отменили» ёлку только в 1929 году: до этого на «пережитки» закрывали глаза.

Конечно, это было, никто не спорит. Однако первые атаки на ёлку, причём довольно-таки яростные, состоялись, когда люди на тысячекилометровом фронте поднимались в атаки настоящие. Рождество 1914 г. В отечественной прессе пошла волна «патриотических» статеек, авторы которых предлагали извести рождественскую и новогоднюю ёлку как класс. Просто по той причине, что изначально это немецкая затея, а немцы — враги.

В тот раз возобладали силы разума, и ёлку оставили в покое. Силы разума возобладали и в 1935 году, когда после шестилетнего перерыва советская власть наконец-то пришла к чеканной формулировке: «Новогодняя ёлка — праздник радостного и счастливого детства в нашей стране». Подтвердив тем самым распоряжение Государя Петра Алексеевича. Главная ёлка страны. Кто вернул Новый год детям в СССР Подробнее

Несколько иначе произошло с третьим заветом царя. Огненная работа, то есть фейерверк, тоже вменяется в обязанность: «Выпустить несколько ракетов, сколько у кого случится, и по улицам большим, где пространство есть, генваря с 1 по 7 число, по ночам огни зажигать из дров, или хворосту, или соломы, а где мелкие дворы, собрався пять или шесть дворов, такой огонь класть, или, кто похочет, на столбиках поставить по одной, по две, или по три смоляные и худые бочки, и наполня соломою или хворостом, зажигать».

До поры с этим проблем не было вообще никаких: побаловаться весёлыми огнями у нас умели и любили. Беда пришла откуда не ждали. В 2010 г. тогдашний главный санитарный врач России Геннадий Онищенко ужесточил санкции за использование пиротехники. А от себя добавил, что запретил бы это дело целиком и полностью: «Баловаться петардами — это языческий обряд, который перешёл все разумные рамки и приобрёл катастрофические размеры! Распространенное у нас сегодня огнепоклонничество — это приобретенная в 1990-е годы крайне дурная, на мой взгляд, привычка. Особенно она дает о себе знать в предновогодние и в новогоднюю ночи».

Тем не менее в этом плане наш народ оказался проникнут подчёркнуто монархическими настроениями. Указ Петра Великого № 1736 от 20 декабря 1699 г. исполняется истово и повсеместно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *